Финансовые власти рассматривали возможность повышения налога на прибыль для банков, однако это предложение не было реализовано. Банковской системе требуется капитал, и аргументация против повышения налога сводится к «высоким рискам», присущим этой сфере. При этом, банковский сектор продемонстрировал рекордную прибыль в 2024 году, составившую 3,8 триллиона рублей, что на 15% больше, чем в предыдущем году. По некоторым данным, с учетом внутренних корректировок, эта сумма достигает 4,04 триллиона рублей.

Среди самых прибыльных банков выделяются Сбербанк (1,562 трлн руб.), ВТБ (609,97 млрд руб.), Газпромбанк и Альфа-Банк, каждый из которых заработал от 300 до 400 млрд рублей. Рентабельность капитала в банковском секторе превышает 25%, что выше показателей нефтегазовой отрасли.

Центральный банк также показал значительный рост прибыли в 2024 году — 199,5 млрд рублей, что на 42% больше, чем в 2023 году. Активы регулятора достигли 70,9 трлн рублей, увеличившись на 15,3%. Основная часть доходов ЦБ (1,24 трлн руб.) приходится на процентные операции с банками. По закону, 75% прибыли ЦБ перечисляется в федеральный бюджет, что составило около 149,6 млрд рублей и было учтено как «незапланированные доходы».

В то время как промышленность, строительство и экспорт функционируют под давлением высокой ключевой ставки, а малый бизнес испытывает трудности из-за дорогих кредитов, Минфин и ЦБ, по мнению автора, поддерживают банковскую систему. Центробанк обеспечивает ликвидность, а Минфин воздерживается от повышения налогов для банков.

Схема финансирования выглядит следующим образом: государство привлекает средства через выпуск облигаций федерального займа (ОФЗ) под льготный процент, которые затем приобретаются банками. Банки, в свою очередь, получают гарантированную доходность с минимальным риском, а Минфин погашает эти процентные выплаты из бюджета, то есть из налоговых поступлений. ЦБ, чтобы поддерживать ликвидность, предоставляет банкам фондирование для дальнейшей покупки облигаций. Этот процесс создает замкнутый цикл, где средства циркулируют между бюджетом, банками и облигациями, что, по мнению автора, способствует росту банковской прибыли и государственного долга, а не стимулирует экономику.

В 2025 году общая ставка налога на прибыль организаций была увеличена с 20% до 25%, однако банки, благодаря своему особому статусу, избежали значительного увеличения налоговой нагрузки.

На начало 2025 года совокупная долговая нагрузка экономики составляла около 79% ВВП. Минпромторг отмечает сокращение объемов льготного кредитования и господдержки в ряде программ. Дефицит федерального бюджета за январь-сентябрь 2025 года составил 3,787 трлн руб., а нефтегазовые доходы за тот же период снизились примерно на 20,6%. Расходы на обслуживание государственного долга в 2024 году выросли на 35% и остаются значительной проблемой в 2025 году.

Автор считает, что Минфин фокусируется на создании «депозита», а ЦБ — на стимулировании оборота ликвидности в банковской сфере, в то время как реальный сектор экономики испытывает трудности. Банковская система демонстрирует двузначную рентабельность, в то время как другие отрасли сталкиваются с проблемами выживания.

Прибыль банковского сектора в 2024 году составила около 3,8 трлн рублей, и ожидается сохранение этого уровня в 2025 году, что свидетельствует о стабилизации доходов на высоком уровне. Для сравнения, металлургическая отрасль в 2024 году заработала от 0,7 до 0,9 трлн рублей, с прогнозируемым небольшим снижением в 2025 году. Химическая промышленность и производители удобрений получили от 0,4 до 0,5 трлн рублей в 2024 году, с ожидаемым снижением в 2025 году. Электроэнергетика показала стабильную прибыль около 0,3 трлн рублей в 2024-2025 годах. Телекоммуникационный и IT-сектор, хоть и меньше по объему прибыли (80-100 млрд рублей в 2024 году), демонстрирует умеренный рост.

В отличие от нефтегазовой отрасли, которая относится к реальному сектору, банки, по мнению автора, достигают сопоставимых объемов прибыли за счет изъятия доли у других отраслей.