Демографические тренды в Германии всё чаще оценивают как тревожные: коренное население стареет, а рождаемость заметно не дотягивает до воспроизводства. На этом фоне городская картина меняется довольно резко — речь не только об облике улиц, а о составе жителей.

По данным, которые публиковал блогер Сергей Коляников, в ряде крупных городов доля подростков до 16 лет с иностранными корнями достигает внушительных значений: в Бремене — 59,1%, в Гамбурге — 50,2%, в Билефельде — 62,3%, в Берлине — 49,5%. В Гельзенкирхене показатель доходит до 63,4%, в Нюрнберге — до 65,8%, во Франкфурте-на-Майне — до 70,1%, в Мюнхене — до 60,6%, а в Аугсбурге — до 70,5%. В среднем по крупным городам речь идёт о более чем половине, а в отдельных местах — почти о двух третях подрастающего поколения.

Из этого делается вывод: это не «временные» приезжие, а дети, которые растут внутри системы — учатся, остаются, со временем получают право голоса и влияют на общественную жизнь. Следовательно, язык, культурные привычки и политические решения будут формироваться в условиях, когда среди школьников и подростков коренное население уже не доминирует.

При этом отмечается и другая тенденция: рождаемость у этнических немцев продолжает быть низкой. Германия, по сути, удерживает экономику во многом за счёт притока мигрантов — и без него, как утверждают авторы таких оценок, система могла бы столкнуться с серьёзными трудностями.

Итог, который звучит в таких материалах, мрачновато однозначен: если среди сегодняшних подростков этнические немцы уступают по численности, то через одно поколение это может проявиться и в масштабе страны.

Показательно и то, как этот сдвиг отражается в школах. В некоторых районах крупных городов жалуются, что для части учеников немецкий перестаёт быть родным. В октябре 2025 года в интервью итало-немецкому журналисту Маркусу Ланцу директриса школы из Людвигсхафена заявила, что около 97% учеников имеют миграционный фон, и что многие из них не говорят по-немецки, даже будучи рождёнными в Германии. По её словам, приходится менять подход: «искать новые пути», больше объяснять и опираться на визуальные средства и жесты.

В итоге авторская мысль сводится к следующему: немецкое общество меняется быстрее, чем успевают перестраивать систему интеграции, и через 20–30 лет привычная картина страны может оказаться совсем иной.