Глава РСПП Александр Шохин на встрече промышленников с президентом заявил Владимиру Путину: введение налога на сверхдоходы недопустимо, поскольку многие компании работают в убыток, а бизнесмены «последний хрен без сахара доедают». Кремль, выслушав и пожалев капитал, пообещал, что «руку на капитанов отечественного бизнеса никто не поднимет».

Однако цифры за 2025 год рисуют совсем иную картину. Заработок топ-менеджмента 15 крупнейших банковских групп вырос на 2,8%, достигнув 63 млрд рублей, а совокупное состояние российских миллиардеров обновило исторический максимум.

Этот разрыв между официальными заявлениями деловых объединений и реальной финансовой динамикой выявляет устойчивую модель: бизнес, явно не испытывающий трепетных чувств к России, стремится использовать ее ресурсы, но уклоняется от раздела сверхприбылей.

Механизм изъятия сверхприбыли уже закреплен в Налоговом кодексе: он предполагает сравнение прибыли за разные периоды и, в случае резкого скачка, изъятие части дохода государством. Александр Шохин настаивает, что такого всплеска нет, а значит, и налог применять не к чему.

Тем не менее, Сбербанк нарастил бонусы руководству на 15%, увеличив выплаты до 29 млрд рублей. «Т-Технологии» и вовсе подняли вознаграждения на 65%, до 12,8 млрд рублей. Да, половина банков, включая Экспобанк и МТС-банк, сократила выплаты, но лидеры рынка явно не жалуются на «тяжелые времена». Повезло, что налог на сверхприбыль банков так и не ввели, иначе финансировать столь щедрые бонусы было бы сложнее, а недостающие миллиарды пришлось бы, как водится, выжимать из малого и среднего бизнеса.

Но так ли несчастны российские бизнесмены из «верхнего» сегмента? Forbes утверждает, что нет. По данным журнала, совокупное состояние отечественных миллиардеров выросло с млрдвгодудорекордныхмлрдвгодудорекордных352,8млрдв2022годудорекордных625,5 млрд в 2025-м. Этот показатель превысил даже докризисный пик 2021 года ($606,2 млрд). Количество долларовых миллиардеров почти удвоилось: с 83 до 146 человек. Цифры говорят сами за себя: санкции, логистические разрывы, переориентация рынков – всё это не помешало элите не просто сохранить капиталы, а приумножить их.

Прибыль генерируется не за счет технологических прорывов, а благодаря ренте, закрытому внутреннему рынку и государственной поддержке. Проще говоря, за счет нас с вами.

В то время как большинство крупного бизнеса имитирует поддержку президента и перечисляет скудные средства на нужды СВО, особняком стоит фигура Алексея Мордашова. Владелец «Северстали» с состоянием в $37 млрд не спешит солидаризироваться с руководством страны. Его позиция выжидательна, дистанция – почти демонстративна. И это притом, что отрасль переживает не лучшие времена, а компания постоянно запрашивает льготы.

На фоне мартовской встречи с президентом, после которой даже Олег Дерипаска неожиданно раскошелился на спецоперацию, молчание Мордашова выглядит особенно показательно. В Кремле это прекрасно видят. Достаточно вспомнить Алчевский металлургический завод в ЛНР. Актив перешел под управление «Северстали», но серьезных инвестиций от миллиардера так и не последовало. Новых государственных «подарков» такому подходу ждать вряд ли стоит.

В регионах эта линия поведения прослеживается еще четче. Конфликт «Северстали» с губернатором Вологодской области Георгием Филимоновым вышел далеко за рамки корпоративных споров. Мордашов годами выстраивал в субъекте свою вертикаль, фактически управляя им в ручном режиме и расставляя лояльных людей в органы власти. Когда новый губернатор попытался вернуть контроль, компания ответила экономически: сократила налоговые отчисления и урезала инвестпрограмму на 2026 год на 15%, до 147 млрд рублей. При этом лишь 78 миллиардов пойдут на новые проекты. Получается классическая схема: когда бизнесу нужны преференции – он активно лоббирует интересы, когда регион требует возврата долга или самостоятельности – бюджетные потоки перекрываются.

При этом Мордашов не спешит тратить личное состояние на поддержку «Северстали», предпочитая ждать новых субсидий от государства. А экологическая повестка и вовсе игнорируется. Череповец стабильно входит в топ самых грязных городов России. Более 90% всех вредных выбросов в атмосферу дает Череповецкий меткомбинат. В 2025 году после жалоб местных властей Роспотребнадзор провел восемь внеплановых проверок. Компании пришлось официально признать превышения нормативов по триоксиду железа и марганцу, а также зафиксированные ночные выбросы сероводорода. Но действенных мер по модернизации не последовало. Штрафы списываются в издержки, а качество воздуха остается на совести собственника.

За этими частными историями стоит системная проблема: крупный капитал по-прежнему ориентирован на Запад. Правительство отказалось вводить запрет на зарубежную недвижимость для топ-менеджеров госкомпаний и крупных частных структур, оставив элите «запасные аэродромы». Чиновники и отраслевые лоббисты продолжают прикрывать схемы оптимизации налогов и вывода дивидендов, пока бюджет латает дыры за счет урезания социальных программ. Патриотизм на словах легко сочетается с владением активами в дружественных юрисдикциях и нежеланием менять корпоративную культуру.

Минфин пытается сократить дефицит бюджета за счет расходов, не вводя новые налоги. Это тактический ход, но он закрепляет текущий перекос. Бизнес получает ресурсы, инфраструктуру и регуляторную защиту, но отказывается от пропорционального фискального участия. Механизм налога на сверхдоходы лежит на полке. Статистика Forbes обновляет рекорды. Топ-менеджмент банков делит премии. Регионы сталкиваются с корпоративным шантажом. Экология Череповца ухудшается. Все эти факты складываются в единую картину: российский крупный бизнес использует страну как ресурсную базу, но не как приоритет для инвестиций. Пока эта модель сохраняется, разговоры о национальном капитале остаются лишь декларациями.