Глобальные резервы достигли 13,1 триллиона долларов. Причем доля самого доллара в них упала до рекордно низкого значения — 56,77%, констатировали в Международном валютном фонде. Почему так происходит, в какие активы переходят мировые ЦБ и как это влияет на США — в материале РИА Новости.

Валютная переоценка

Речь идет не только о валюте, но и о всех долларовых инструментах: казначейских и корпоративных облигациях, ипотечных ценных бумагах и прочем.

В прошлом году доллар заметно ослабел: индекс DXY (показатель стоимости относительно корзины из шести основных валют) со 110 опустился до 95,6.

Соответственно, дорожали активы, номинированные в других валютах.

"В результате их доля в структуре резервов увеличилась даже без фактического перераспределения портфелей. В целом доллар потерял 1,75%, тогда как евро прибавил 1,33%", — отмечает Александр Зайцев, гендиректор Atomic Capital.

Упор на золото

Однако сказались и действия ЦБ. Регуляторы диверсифицируют резервы, в частности добавляя в них больше золота.

С 2022-го покупают больше тысячи тонн драгметалла в год. По данным Всемирного совета по золоту (WGC), в третьем квартале 2025-го золото впервые обогнало евро по стоимости в резервных портфелях.

Очевидно, это реакция на санкционные риски: заморозка российских активов дискредитировала западную финансовую инфраструктуру, повысив спрос на то, что нельзя заблокировать дистанционно, говорит Александр Барышников, управляющий фондом "Майнинг" УК "Рекорд Капитал".

К тому же многие страны переходят на расчеты в национальных валютах, а сбережения и накопления, как российский ФНБ, предпочитают держать в золоте, добавляет Александр Шнейдерман, руководитель департамента поддержки клиентов и продаж "Альфа-Форекс".

"Нетрадиционные валюты"

Регуляторы активней запасаются и так называемыми нетрадиционными резервными валютами. С 2021-го их совокупная доля увеличилась более чем вдвое — до 6,1%, прибавив в 2025-м почти процент.

Речь о бразильском реале, индийской рупии, валютах стран Ближнего Востока, поясняет Руслан Спинка, директор управления продаж и клиентского обслуживания ИК Fontvielle.

Геополитические риски

К диверсификации, разумеется, подталкивает агрессивная экономическая политика Дональда Трампа.

Риски повышает и геополитическая нестабильность, усугубившаяся из-за войны с Ираном.

Тегеран ставит условием прохода через Ормузский пролив согласие танкеров на расчеты по нефтяным сделкам в китайских юанях — это прямой вызов нефтедолларовой системе. Продажа части нефти и СПГ, экспортируемых из стран залива, за юани нанесла бы ощутимый удар по позициям американской валюты на финансовых рынках.

По мнению аналитиков Deutsche Bank, ближневосточный конфликт "может стать ключевым катализатором ослабления доминирования нефтедоллара и зарождения нефтеюаня".

Среднесрочно война ускоряет диверсификацию: многие страны видят в этом политизацию долларовой системы и хеджируют риски, указывают в УК "Рекорд Капитал".

Сомнения усиливаются

Доля иностранных держателей казначейских облигаций США снизилась примерно до 30%. Остальное теперь у внутренних инвесторов и Федрезерва.

Мировые ЦБ ищут политически нейтральные активы. Для американской валюты это означает долгосрочное ослабление статуса. Снижение спроса на трежерис увеличивает стоимость обслуживания долга и осложняет финансирование бюджетного дефицита, подчеркивает Наталья Пырьева, глава аналитического департамента "Цифра брокер".

Как поясняет Александр Барышников, критический риск, разумеется, заключается не в немедленной неспособности финансировать дефицит, а в том, что сокращение внешнего спроса требует либо роста внутренних сбережений, либо более высоких ставок.

В середине марта госдолг США превысил 39 триллионов долларов, что усилило сомнения регуляторов в долгосрочной финансовой устойчивости страны.