Есть спортсмены, которых уважают. Есть те, кого побаиваются. А есть Андрей Аршавин — редкий случай человека, которого одновременно критикуют, стебут и все равно называют легендой. Его бывших жен обсуждали у Малахова, его фразы разбирали в пабликах и телестудиях, и каждый раз это превращалось в очередную волну народного фольклора.

При этом сам Аршавин оставался невозмутимым — спокойным, чуть отстраненным и удивительно устойчивым ко всем бурям вокруг. Он стал живым символом того, как человек может быть одновременно простым, спорным и все равно по-настоящему большим. Как же сформировался этот феномен?

"Мы были веселые и богатые, шумели по ночам"

Прежде чем страна начала разбирать его фразы на мемы, обсуждать его личную жизнь на ТВ и спорить о его характере, Аршавин был обычным пацаном из ленинградской коммуналки рядом с Эрмитажем. Коробка во дворе — его первый стадион. Соседи — первые зрители, причем вынужденные.

В школе он был вовсе не примерным учеником — скорее, вечной головной болью. Сам описывал себя честно и без прикрас: "Умный мальчик, но ужасный разгильдяй". Домашние задания — "нет, спасибо", поведение — нестабильное, а однажды он, обидевшись на оценку, просто разорвал классный журнал. Его выгнали. С характером все было понятно сразу.

Помимо футбола он прекрасно играл в шашки, получил юношеский разряд, а тренер всерьез предлагал строить карьеру в этом направлении. Но Аршавин выбрал поле, а не доску: "думать" он умел, но "бегать" ему нравилось больше.

В семь лет мама привела его в школу "Смена", и с тех пор футбол уже занял все свободное пространство. Туда он добирался по часу, но даже после долгих тренировок умудрялся бегать с мячом во дворе. В 16 начал играть за взрослых, в 18 — за "Зенит-2". Дальше события пошли быстро: в 2000 году Юрий Морозов выпустил его в основе на матч Кубка Интертото против "Брэдфорда". Ему было всего 19, и именно с этого момента началась история игрока, которого потом сложно было не заметить.

Уже в основной команде Аршавин составил легендарную связку с Александром Кержаковым — их дуэт стал одним из самых ярких в российском футболе за всю историю.

"У нас тогда была мафия. Если когда-нибудь будут рассказывать про начало 2000-х, это наша футбольная мафия: я, Быстрый, Керж, Гарик [Денисов] и так далее. Мы были веселые, богатые и хорошо играющие в футбол. И шумели по ночам иногда в Петербурге”, - рассказал Аршавин в беседе с Татьяной Навкой в шоу "Команда".

Популярность Аршавина началась не с цитат, не с ток-шоу и даже не с ночных приключений, а с того, что он выходил на поле и заставлял комментаторов говорить быстрее. Маленький, чуть сутулый, но дерзкий. В начале 2000-х, когда российский футбол еще верил в длинные забросы и борьбу "в корпус", Аршавин внезапно оказался человеком, который предпочитал думать и обводить.

Постепенно он стал заметным всей стране: Кубок УЕФА, Суперкубок Европы, бронза Евро-2008 и тот самый матч с Голландией, когда впервые появилось массовое понимание, что Россия может играть красиво, а не только терпеть. Но настоящая кульминация спортивного мифа случилась уже в Англии — в тот вечер, когда приехавший из России парень забил "Ливерпулю" четыре мяча. Андрей стал первым футболистом с 1946 года, кто четырежды отличился на "Энфилде". И это был еще не пик популярности.

"На мой взгляд, человек мерзкий"

Парадокс Аршавина в том, что он мог сниматься в социальном ролике со словами "Я не переношу спиртное на физическом уровне", а спустя время в сети появлялось видео, где человек, похожий на него, штурмует ворота ночного клуба. Историй вокруг алкоголя было столько, что журналисты считали его образ жизни отдельным жанром. Нидерландский экс-футболист “Зенита” Фернандо Риксен вспоминал эпизод, когда Аршавин сел за руль в состоянии, далеком от того, что мы привыкли видеть на поле. По его словам, милиция футболиста остановила, футболист повел себя вызывающе, бил по машине — и… его отпустили.

Позже Marca выдала заголовок уровня рок-автобиографии: "Много алкоголя, стриптиз-клуб и... лошадь". Испанцы вообще искренне верили, что "на поле он был талантливым, а вне поля — бесшабашным".

Но если алкогольные истории были громкими, то семейные распри — оглушительными. Аршавин сам говорил: "Глобально — это два скандала. Они связаны с женщинами, с которыми я жил". И действительно: обе его ключевые отношения стали медийными сериалами. Одна партнерша, по словам Андрея, "использовала возможность, чтобы сделать себе карьеру". Другая — пыталась давить через общественность. Но в то же время все его экс-жены в один голос твердили об изменах футболиста и проблемах с алиментами. Результат был одинаковый: заголовки, шоу Малахова, бесконечные обсуждения.

Аршавин же оставался в своей логике: он не драматизировал, не оправдывался — просто констатировал факты, как будто речь шла о расписании тренировок: "Играли, выигрывали, деньги зарабатывали. А в итоге живем с мамами и платим алименты. И еще они (бывшие жены) теперь известнее нас".

И все же самый знаменитый скандал случился не ночью и не в клубе, а в холле отеля. После поражения от Греции на Евро-2012 он произнес бессмертное: "Ваши ожидания — ваши проблемы". Страна услышала это как плевок в сторону болельщиков и взорвалась. Спустя годы выяснилось: фраза была адресована конкретному депутату, который вел себя излишне настойчиво, причем Аршавин говорил с ним на "вы". Но видео выложили так, будто он ответил всей стране — и мем стал вечным.

Андрей и позже не смягчал позицию: "Если мы чего-то ждем и не получаем — виноват не тот человек. Это ваши ожидания". О самом депутате он сказал еще прямее: "Жалею ли? Нет. На мой взгляд, человек мерзкий".

Так получилось, что скандалов, цитат и сюжетов в его биографии хватило бы на нескольких человек. Но досталось все одному — Андрею Сергеевичу.

А что случилось на вечеринке у Овечкина?

Сейчас Андрей Аршавин живет куда спокойнее, чем в годы футбольной и медийной славы. Он работает в "Зените" — занимается академией, молодежью, организационными вещами, часто появляется в эфире как эксперт. Никаких громких проектов вокруг него нет, новых легендарных матчей — тоже. Но интерес к его персоне не исчезает.

Во-первых, потому что в интервью Аршавину все равно задают вопросы про старые скандалы — и он на них отвечает без попыток переписать прошлое. Во-вторых, потому что даже сейчас вокруг него иногда всплывают небольшие "мини-сюжеты" — вроде истории, как он потерял документы на вечеринке у Александра Овечкина после взятия рекорда Уэйна Гретцки. Не криминал, но вполне в стиле человека, у которого жизнь никогда не была идеально ровной.

Он остается до смешного настоящим. В эпоху, когда спортсмены стараются быть стерильно правильными, Андрей — напоминание, что живые люди куда интереснее идеальных. Потому что истории про вылизанных героев быстро надоедают. Они ровные, скучные — и иногда просто бесят.

А Аршавин — другой. Он может забить покер на "Энфилде" и войти в историю, но при этом — как обычный отечественный косячник — штурмовать двери ночного клуба и разбирать последствия неудачных браков на всю страну. Может ляпнуть фразу, которую услышат все, и потом годами объяснять контекст. Может в один момент быть гением, в другой — мемом, в третий — объектом коллективного фейспалма. И мы не пытаемся его оправдывать: пользы от скандалов немного. Но он такой. Живой пацан из Ленинграда, который стал легендой футбола и одновременно героем народного фольклора.